Лучший год NeXT

3

В 1992 году продажи NeXT’ов медленно, но уверенно, росли. Слухи о невероятной мощи NeXT RISC Workststation (NRW) достигали ушей тех, кто принимает решения о закупке оборудования, и если бы этот проект не пришлось останавливать, история вполне могла бы пойти другим путем.

Продолжение, начало здесь.

Во многих публикациях посвященных истории NeXT, решение Стива Джобса прекратить разработку компьютеров и другого “железа”, уволить половину сотрудников (270 из 530!) и превратить NeXT Computer в NeXT Software, конкурирующую с Microsoft, объясняется двумя причинами: компьютеры от NeXT очень плохо продавались и у них не было никаких перспектив, и Джобс – авторитарный самодур.

Все было немного не так.

В апреле 1992 года NeXT выпустила “турбированные” версии своих компьютеров, в них на месте 68040 с тактовой частотой 25 МГц был тот же самый 68040 с частотой в 33 МГц.

Рост производительности был заметным, но 68040 быстро устаревал, индустрия начинала новый технологический прорыв, и отставать было нельзя. Отстать – скомпрометировать всю идею!

Про NeXT RISC Workststation, несмотря на строжайшую секретность, знали в мельчайших подробностях, её с нетерпением ждали. Серийный выпуск процессоров MC88110 задерживался.

Потом его и вовсе отменили. Инженеры NeXT предвидели такой вариант, и были к нему готовы (Стиву об этом не говорили), просчитав и продумав заранее двухпроцессорный вариант. PPC-601 был намного слабее чем MC88110.

Стив связался с Motorola – надо было начинать продажи NRW, в течении месяца-двух или никогда. Оказалось, что сколько-нибудь массовые поставки PPC-601 начнутся не раньше, чем через год.

Значит, никогда. В 1992 NeXT продала, по неофициальным данным, не менее 25 тысяч NeXT’ов. Официальных данных нет.

Как частная компания, NeXT не обязана была публиковать отчеты об объемах продаж, и не делала этого. Считается, что всего было продано 50 тысяч NeXT’ов, за четыре года.

По другим данным – 70 тысяч. Принципиальной разницы никакой.

Социальные последствия

В 1991-1992, когда продажи NeXT’ов пошли повеселей, в нескольких странах мира были открыты представительства компании. Например, в Российской Федерации, где были приобретены целых 6 (шесть) экземпляров NeXTstation, на основе которых в одном из министерств построили какую-то систему, о которой мало что известно.


В Японии представительством NeXT занималась Canon, продававшая NeXT-станции своего собственного производства. Canon купила завод NeXT в Фремонте, и приняла на работу часть уволенного из NeXT персонала.

А вот в Канаде представительство NeXT закрылось. Пользователи платформы лишились технической поддержки (а среди клиентов NeXT была компания Trimax, использовавшая 130 NeXT’ов, и еще несколько компаний с несколькими десятками NeXT’ов).

Пользователи редких, но ярких и поражающих психику (в хорошем смысле этого слова) платформ – люди необычные. Взаимопомощь, братство…

Когда-то в подобной ситуации были мы, редкие пользователи Mac’ов в России, это было совершенно особенное сообщество людей. Кто еще в мире может потратить несколько дней своей жизни на решение компьютерных проблем совершенно незнакомого человека, за бесплатно, и при этом получать удовольствие от общения с… больными той же самой болезнью, что ли?

В Москве, в те самые недели и месяцы, повсюду, взгляд натыкался на рекламу Pepsi, с текстом “Поколение NEXT”. Только не “той NeXT”, увы. Почему-то от этого было больно.

В Канаде само-организовались. То же самое сделали в Австралии и Новой Зеландии. И в Германии. Отныне это были неформальные, крепко спаянные (и споенные) организации, писавшие иногда ругательные (или одобрительные) послания Стиву Джобсу, в которых они утверждали что теперь NeXTSTEP и OPENSTEP – это больше чем NeXT Software. Изредка их советы принимали к сведению, но Стив теперь жил проблемами Pixar.

NeXTstep на Intel

Столкновение с иной реальностью было жестоким. Маленькое сообщество “черного железа” было увлечено своей самобытностью, и отлично понимало что большинство шедевров программного обеспечения на их рабочих станциях написано людьми, которые делали это первый раз в жизни.

На мощных рабочих станциях на Intel им противостояла Windows NT, система написанная бывшими сотрудниками DEC, авторами VAX/VMS. Программы для Windows NT, пусть и не всегда элегантные и оригинальные, прошли жесточайший эволюционный фильтр, и, как минимум, были очень профессиональны.

Потребовалось немало времени для того, чтобы силы сравнялись. Про среду разработки расскажу чуть ниже.

Система NeXT переносили на самые разные платформы – в содружестве с Sun затевались большие дела, ради которых была разработана открытая спецификация системы, которую назвали OPENSTEP, но Sun охладела к этому проекту, из-за Java.

Кстати, в разработке Java принимали участие бывшие инженеры NeXT, конструировавшие NRW. Они хоть и считались специалистами по аппаратному обеспечению, но на Objective-C программировали профессионально.

Считается даже, что это именно они оказали влияние на язык Java, в котором и в самом деле гораздо больше общего с Objective-C, чем с C++ или Modula-3.

Красивая сказка, но не подтверждается. Основные принципы языка Oak (такое имя в раннем детстве носила Java), к моменту притока бывших сотрудников NeXT в Sun, были уже четко определены и зафиксированы в техническом задании.

Один из авторов Objective-C, Брэдли Кокс, принимал участие в создании Java.

ProjectBuilder

Столкновение с Windows NT было жестоким, но тем приятнее были победы над ней и все то, что рождает чувство превосходства.

В 1997 или 1998, в самом начале яблочного возрождения, мы с коллегой наткнулись на каком-то Интернет-ресурсе на статью французского программиста (Windows NT), которого заставили работать в OPENSTEP, впечатления от которой у него были… разные – но как-то, в час досуга, из чистого любопытства, он заглянул в ProjectBuilder.

Это была ловушка: мужик попал в переплет. Теперь он задерживался после работы, читал документацию и пробовал. Его поразило, с какой простотой и легкостью решаются в ProjectBuilder проблемы, требующие в Visual C++ тысяч строк кода, в которых неминуемо делаются десятки ошибок, на поиск которых и борьбу с ними уходят часа адского труда.

Но написал он свою статью (блоги еще не назывались блогами, по моему) не из-за этого. Он решил доказать свою теорию на хорошо знакомом большинству программистов в NT примере из популярного учебника по программированию.

Те самые десятки тысяч строк нетривиального кода, необходимых для связывания данных из нескольких программ в цельный и осмысленный комплекс. OLE в Windows, D’OLE в OPENSTEP. D’OLE чуть старше, и умел работать через сеть.

Когда-то, следуя инструкциям в учебнике, он довел этот проект до рабочего состояния, чем очень гордился. Пригласив свидетеля, он засек время и…

Через 3 часа, с минутами, приложение написанное на Objective-C было готово. Свидетель, тоже NT-шный программист, и тоже намаявшийся в свое время с этим проектом, нашел в реализации с десяток неточностей. Всего 8-10 проблем. В реализации на Visual C++ в MFC их было бы в разы больше.

Исправления заняли еще пару часов.

Итого: в C++/MFC — тысяч 30 строк кода (не считая пустые и комментарии), в Objective-C/Foundation — полтысячи строк, на тех же условиях. В 60 раз меньше!

20 лет назад я мог бы показать все это в коде, но увы… NT c OPENSTEP у меня нет.

Француз призывал Apple (которая теперь была NeXT Apple) сконцентрироваться на самом денежном бизнесе из всех, которые только можно представить: продвигать ProjectBuilder как среду разработки для Windows NT. Немного рекламы, несколько мастер-классов – и про Visual C++ вместе с MFC можно будет забыть.

Так и поступили: способность Project Builder (в Mac OS X в названии появился пробел) строить программы для Windows была заблокирована. Потом её вообще вырезали.

Лучший комментарий

3 комментария Оставить свой

  1. 0
    AndreySh

    Есть такой жанр — колумнист.

  2. 0
    mstrepetov

    Согласен с предыдущим оратором, очень интересный экскурс!!! Жду и читаю с удовольствием.

Авторизуйтесь Чтобы оставить комментарий