[Стив Джобс. Биография.] Глава 2. Часть первая. Странная парочка: Два Стива

Книга «Стив Джобс». Автор Уолтер Айзексон. Переведено специально для www.appleinsider.ru

Воз
В ту пору, когда Джобс посещал занятия МакКоллума, он подружился с одним выпускником, который являлся вечным любимчиком учителя и успел стать школьной легендой благодаря своим незаурядным способностям в области изобретательства. Стив Возняк, чей младший брат состоял с Джобсом в одной команде по плаванию, был почти на пять лет старше Стива и имел куда больше знаний и навыков в сфере электроники. В то же время в эмоциональном и социальном плане он был обычным университетским «ботаником».

[Стив Джобс. Биография.] Глава 1. Часть вторая.

Как и Джобс, Возняк многому научился у своего отца. Тем не менее, усвоенные им уроки были совершенно иными. Пол Джобс в свое время забросил учебу в колледже, а затем, приобретя опыт в ремонте автомобилей, понял, как можно извлекать прибыль из торговли запчастями. Френсис Возняк (также известный как Джерри) с отличием закончил инженерский факультет в университете Cal Tech, где также провел не один успешный сезон в качестве квотербека университетской команды по американскому футболу, а впоследствии стал ракетным ученым в Lockheed. Он превозносил работу инженера и свысока смотрел на людей, занимающихся бизнесом, маркетингом и торговлей.

«Я помню, он часто говорил мне, что работа инженера обладает самым высоким уровнем значимости, который только может быть в мире, – вспоминал позднее Стив Возняк. – Она переводит общество на принципиально новый уровень».

Одно из первых воспоминаний Стива Возняка было связано с историей, когда отец взял его с собой на работу и показал ему множество электронных деталей. После этого папа «положил их на стол рядом собой, чтобы я мог с ними поиграться». Он с восхищением наблюдал за тем, как его отец пытался заставить линию колебаний на видеоэкране оставаться плоской, чтобы продемонстрировать, что конструкция одной из его монтажных плат была верной. «Я мог смотреть за всем, что делал мой отец, и мне это всегда казалось очень правильным и важным». Воз (под таким прозвищем впоследствии стал известен Возняк) мог даже дома спросить у отца о резисторах и транзисторах, и отец немедленно подводил его к классной доске и рассказывал о том, что умели делать эти штуки.

«Он мог объяснить мне, что мог делать резистор, расписав все это на уровне атомов и электронов. Он смог мне объяснить принцип работы резисторов, когда я был во втором классе. Причем для этого он использовал не уравнения, а простую и понятную наглядность».

Отец научил Воза еще кое-чему, из-за чего в Стиве развилась поистине детская наивность и социальная неприспособленность: никогда не лгать. «Мой отец очень ценил честность, причем максимальную честность. Это самое главное, чему он научил меня. Я никогда не лгал раньше и не лгу сегодня», говорит Воз и сразу оговаривается, что в качестве исключения можно рассматривать разве что шутки и розыгрыши, в которых он всегда был большим мастером. Помимо всего прочего, отец воспитал в сыне стремление подавлять в себе чрезмерные амбиции, которое однажды стало камнем преткновения между Возом и Джобсом. Во время запуска в продажу очередного продукта Apple в 2010 году Возняк поразмышлял о своих различиях с Джобсом:

«Мой отец говорил мне: Тебе всегда следует держаться в середине. Я никогда не хотел высовываться и становиться такой птицей высокого полета, какой был Стив. Мой отец был инженером и хотел, чтобы я тоже им стал. И вообще я был слишком застенчивым для того, чтобы становиться таким бизнес-лидером как Стив».

К четвертому классу Возняк стал одним из тех, кого сам он называет «детьми электроники». Ему куда легче было найти общий язык с транзистором, чем с девушкой, в результате чего он превратился в коренастого и сутуловатого паренька, который львиную долю своего времени проводит, обнявшись с монтажными платами. В тот год, когда Джобс ломал голову над принципом работы угольного микрофона, который его отец не был в состоянии объяснить, Возняк уже вовсю паял транзисторы, создавая систему внутренней голосовой связи, где использовались усилители, реле, лампочки и звонки. Данная система должна была помочь ему установить связь между детскими спальнями шести домов его района. А когда Джобс возился со своими Heathkits, Возняк уже занимался сборкой передатчиков и приемников от Hallicrafters – производителя самых сложных радиосистем.

Воз проводил много времени дома за чтением отцовских журналов по электронике, и все более сильное впечатление на него начали производить статьи о новых компьютерах, в числе которых был сверхмощный ENIAC. Поскольку в булевой алгебре Возняк чувствовал себя как рыба в воде, он дивился тому, насколько простыми были компьютеры, вместо того чтобы быть сложными и запутанными. В восьмом классе он собрал калькулятор, в котором на десяти платах располагалось сто транзисторов, двести диодов и двести резисторов. Изобретение выиграло главный приз на местном конкурсе, организованном Военно-воздушными силами. И это несмотря на то, что среди его соперников были даже ученики двенадцатого класса.

Воз стал чувствовать себя еще более одиноким, когда его ровесники начали ухаживать за девушками и ходить на вечеринки. Общение с противоположным полом давалось ему куда сложней, чем конструирование монтажных плат.

«Хотя сначала я был популярным ребенком, который часто катался с другими мальчишками на великах, в какой-то момент я почувствовал себя отшельником для общества, – вспоминает он. – Кажется, что в течение очень долгого периода времени со мной никто не разговаривал».

Ключ к возвращению к себе внимания сверстников он нашел в технологических розыгрышах. В двенадцатом классе Возняк создал электронный метроном – одно из тех тикающих устройств, которые используют на музыкальных занятиях, чтобы держать нужный ритм. Прислушавшись к прибору, он понял, что это тикание напоминало ему бомбу с часовым механизмом. Он снял этикетки с нескольких больших батарей, склеил их скотчем вместе с метрономом и поместил всю эту конструкцию в свой школьный шкафчик. При этом устройство было задумано так, что при открывании шкафчика оно начинало тикать громче. В тот же день Возняка вызвали в кабинет директора. Он сначала подумал, что это было связано с выигранным им главным призом в школьном математическом конкурсе. Вместо этого оказалось, что с ним хотела побеседовать полиция. Когда директор обнаружила устройство, она проявила недюжинную смелость, схватив эту машину смерти, и, прижимая груди, вынеся его на футбольное поле, чтобы потом повыдергивать из него проводки. Услышав это, Воз пытался сдерживать смех, но у него этого не получилось. В результате его отправили в исправительный центр для несовершеннолетних, где он провел одну ночь. Однако и в камере он сложа руки не сидел. Он научил других заключенных, как можно отсоединять провода, ведущие к вентилятором на потолке, а затем подсоединять их к решетке, чтобы человека било током, когда он к ней прикасался.

Электрические и другие удары судьбы Воз воспринимал как медали за отвагу. Он гордился тем, что был аппаратным инженером, а это означало, что такие удары должны были стать частью его повседневности. Однажды он создал своеобразную версию рулетки: игроки вставляют свои большие пальцы в пазы, и когда шар приземлялся на каком-либо секторе, одного из игроков било током.

«Специалисты по железу всегда играли в эту игру, а вот программисты для этого слишком трусливы», вспоминал он.

Перейдя в старший класс, Воз получил временную работу в компании Sylvania, где впервые получил возможность поработать с компьютером. Он выучил язык FORTRAN, прочитав множество книг и руководств для тогдашних компьютеров, начиная с Digital Equipment PDP-8. После этого он изучил спецификации новейших микрочипов и начал пытаться модернизировать компьютеры, используя эти новые детали. Цель, которую он поставил перед собой, заключалась в воспроизведении структуры существовавших машин с использованием новейших компонентов. Каждую ночь он пытался усовершенствовать схему, придуманную им же самим предыдущей ночью. «В то время я уже мог проектировать компьютеры с количеством чипов, которое было вдвое меньше, чем у машин нашей компании. Единственная проблема состояла в том, что я делал все это в теории, на бумаге». Друзьям он о своих достижениях не рассказывал, да и сверстников его тогда интересовали совсем другие вещи.

В праздничный уикенд своего выпускного года, посвященный Дню благодарения, Возняк посетил Университет Колорадо. Вуз был закрыт на праздники, но Возняк нашел студента инженерского факультета, который устроил для него экскурсию по лабораториям. Он умолял отца, чтобы тот позволил ему поступить в этот университет, даже невзирая на то, что плата за обучение в этом заведении была не по карману их семье. В конечном итоге они пришли к соглашению: Возняку будет позволено поучиться в Колорадо в течение одного года, но После того как осенью 1969 года Воз приехал в Колорадо, много времени он уделил своему любимому занятию – розыгрышам (например, печатая растяжки с надписью «Нах*й Никсона» («Fuck Nixon»)). Из-за этих шалостей Стив провалил экзамены по двум предметам и схлопотал условный срок. Кроме того, он разработал программу для расчета числа Фибоначчи, которая сжигала столько ресурсов компьютера, что университет однажды пригрозил выставить ему счет за использование машин. В результате Возняк решил выполнить данное родителям обещание и перевелся в De Anza.

Насладившись одним годом обучения в De Anza, Возняк решил сделать паузу и заработать немного денег. Он нашел работу в компании, которая производила компьютеры для Управления транспортных средств Калифорнии. Ему сделали предложение мечты: компания предоставит Возняку чипы, чтобы тот мог собрать один из компьютеров, наброски которых он делал на бумаге. Возняк решил использовать как можно меньше чипов. Во-первых, он бросил определенный вызов самому себе, а во-вторых, ему не хотелось злоупотреблять любезностью своих коллег.

Значительную часть работы он проделывал в гараже своего друга Билла Фернандеса, который жил за углом и до сих пор учился в Home­stead High. В свободное от работы время они выпивали огромное количество крем-соды Cragmont, а потом ездили на велосипедах в Саннивэйл Сейфуэй, чтобы сдать стеклотару и купить еще газировки. «Так мы создали компьютер, который назвали Cream Soda Computer», вспоминал поздней Возняк. В принципе это был большой калькулятор, который мог умножать числа, вводимые с помощью набора переключателей, и отображать результаты бинарным кодом посредством маленьких лампочек.

Когда работа над машиной была готова, Фернандес сказал Возняку, что в Homestead High учится человек, с которым он просто обязан был подготовиться. «Его зовут Стив. Он тоже занимается розыгрышами и тоже любит электронику, как и ты». И это была самая важная встреча, состоявшаяся в гараже Кремниевой долины, с тех пор как Хьюлетт познакомился с Пакардом тридцатью двумя годами ранее.

«Мы со Стивом просто долго сидели на тротуаре перед домом Билла и рассказывали друг другу истории. Большинство из них было связано с проделанными нами розыгрышами, а также с нашими успехами в области электроники, – вспоминает Возняк. – Мы поняли, что у нас есть много общего. Обычно мне было трудно объяснять людям, над каким типом устройства я работал, но Стив сразу же все понимал правильно. И он мне сразу понравился. Он был такой худой, активный и полный энергии».

Джобс тоже был впечатлен встречей:

«Воз был первым человеком из тех, кого я встречал, кто разбирался в электронике лучше, чем я, – однажды сказал он. – Он сразу мне понравился. Я чувствовал себя немного старше своих лет, а он был недостаточно зрелым для своего возраста, поэтому все сбалансировалось. Воз был очень умным и талантливым, но в эмоциональном плане он был поим ровесником».

Помимо интереса к компьютерам, парочка также имела общую страсть к музыке:

«Это было просто фантастическое время для музыки, – вспоминает Джобс. – Это было подобно тому, как жить в одно и то же время с Бетховеном и Моцартом. Серьезно! Люди не придавали этому такого большого значения, но мы с Возом были во все это погружены».

В частности, Возняк открыл Джобсу творчество Боба Дилана:

«Мы нашли одного паренька в Санта-Крузе, который издавал информационный бюллетень про Дилана, – рассказывает Джобс. – Дилан записывал на пленку все свои концерты, и некоторые люди из его окружения не всегда были очень бдительны, в результате чего эти записи быстро распространялись повсюду. Все они постоянно переписывались и передавались. А у того парня были все эти записи».

Вскоре охота за кассетами с Диланом переросла в совместное предприятие:

«Мы с ним часто бродили по Сан-Хосе и Беркли, спрашивая бутлеги Дилана и впоследствии коллекционируя их, – говорит Возняк. – Мы покупали брошюры с его текстами и могли проводить целые ночи, занимаясь толкованием его стихов».

«Слова Дилана задевали струны креативного мышления, – добавляет Джобс. – У меня было больше ста часов его записей, включая каждый концерт туров 65 и 66 годов, где Дилан перешел на электрическое звучание».

Друзья купили себе по катушечному магнитофону TEAC, чтобы наслаждаться музыкой было еще приятней. «Я запускал свой магнитофон на низкой скорости, чтобы на одну кассету можно было записать больше концертов». Джобс подхватывает: «Вместо больших динамиков я купил пару отличных наушников: я мог валяться в кровати и часами слушать эту музыку».

Джобс открыл в Homestead High клуб, где организовывались светомузыкальные представления и устраивались различные розыгрыши (например, однажды они приклеили на цветочную сеялку унитаз). Клуб назывался Buck Fry Club, и название представляло собой перековерканное имя директора школы. И несмотря на то, что Возняк уже давно закончил эту школу, он объединил усилия со своим другом Алленом Баумом в выпускной год Джобса, чтобы красиво отпраздновать выпуск этого года. Проходя спустя десятилетия мимо кампуса Homestead, Джобс остановился на месте скандала и указал пальцем:

«Видите балкон? Там мы вывесили наш флаг, который скрепил нашу дружбу».

На большой простыне, которую Баум выкрасил в фирменные цвета школы (зеленый и белый), они нарисовали огромную кисть руки с выставленным средним пальцем. Мать Баума, которая была радушной еврейкой, помогла им, посоветовав, в каких местах пририсовать светотени, чтобы рука выглядела более естественно. Друзья смастерили систему из веревок и роликов, которая позволила разместить это знамя прямо перед лицом выпускников, маршировавших мимо балкона. На флаге также красовалась фраза «SWAB JOB» (метелкина работа), первое слово из которой было составлено из инициалов Возняка и Баума, а второе являлось частью фамилии Джобса. Розыгрыш вошел в историю школы, а Джобса вновь отстранили от занятий.

Еще один розыгрыш был связан с устройством, изобретенным Возняком, которое могло вносить помехи в телевизионный сигнал. Воз любил принести этот аппарат в комнату, где компания смотрела телевизор (например, в общежитии), а потом незаметно нажать на кнопку, чтобы на экране появилась рябь или застыло изображение. Когда кто-нибудь подходил к телевизору и шлепал его по корпусу, Возняк отпускал кнопку, и картинка снова прояснялась. Однажды он заставил ничего не подозревавших людей прыгать по комнате в гневе и впоследствии часто проводил время за такого рода издевательствами. Например, он мог сохранять помехи до тех пор, пока кто-нибудь не коснется антенны. Конечно же, люди начинали думать, что для того, чтобы картинка оставалась четкой, нужно всю передачу стоять у телевизора и держаться за антенну. Много лет спустя, во время одной из своих презентаций, когда техника на этот раз подвела его самого, Джобс отошел от заданного сценария и рассказал историю этого забавного устройства:

«Оно лежало у Воза в кармане, и когда мы шли к кому-нибудь в гости в общагу… где обычно в комнату набивалось много народу, чтобы посмотреть какой-нибудь «Звездный путь», и он вносил помехи в телесигнал. Кто-нибудь шел разбираться, что к чему, и когда он опускал ногу на пол, помехи снова появлялись. В конечном итоге, благодаря нашим усилиям, минут через пять все обитатели комнаты уже находились в таком положении», сказал Джобс и под громогласный хохот зала принял невероятную позу, задрав вверх ногу и просунув под ней руку.

Содержание:
Глава первая. Брошенный и избранный.
Глава 1. Часть первая. Усыновление.
Глава 1. Часть вторая. Кремниевая долина.
Глава 1. Часть третья. Школа.
Глава вторая. Странная парочка: два Стива.
Глава 2. Часть первая. Воз.
Глава 2. Часть вторая. Синяя коробка.
Глава Третья. Выбывший.
Глава 3. Часть первая. Крисанн Бреннан.
Глава 3. Часть вторая. Колледж Рид.
Глава 3. Часть третья. Роберт Фридланд.
Глава 3. Часть четвертая. Выбывший.
Глава Четвертая. Atari и Индия.
Глава 4. Часть первая. Atari.
Глава 4. Часть вторая. Индия.
Глава 4. Часть третья. В поисках.
Глава 4. Часть четвертая. Раздор.
Глава Пятая. Apple I.
Глава 5. Часть первая. Машины любви и благодати.
Глава 5. Часть вторая. Клуб самодельных компьютеров.
Глава 5. Часть третья. Рождение Apple.
Глава 5. Часть четвертая. Гаражная команда.
Глава Шестая. Apple II.
Глава 6. Часть первая. Всё в одном.
Глава 6. Часть вторая. Майк Марккула.
Глава 6. Часть третья. Реджис Маккена.
Глава 6. Часть четвертая. Первая презентация.
Глава 6. Часть пятая. Майк Скотт.

 
Чтобы оставить комментарий